Он знал характер дочери, раз в месяц перед ним выкладывали ее электронную переписку. «Я купила себе черное скромное платье с очень глубоким декольте, теперь сижу в кабинете и стесняюсь». Ну да, она умела стесняться. «А сегодня я девушка шестидесятых. Лодочки на невысокой шпильке, укороченные черные брючки, открывающие бледную с тонкими венками кожу щиколоток. Кофточка-тельняшка с большим вырезом, мне это идет. Бежевый плащ в духе героинь Хичкока и платок Hermes на шее». Она умела подать себя. Она дружила с недалекой Аней, не сумевшей окончить курсы программистов, и дружила с известными людьми. Книжка о жене всесоюзного старосты Михаила Ивановича Калинина вывела Карину в мир большой журналистики.

Тук, тук! Карина вынула трубку. Громкую связь не отключила.

«Это Буковский». Отец имеет право знать, с кем она говорит, находясь дома. Журналист явно хотел произвести впечатление. «Вчера посмотрел одну штуку под «Зеркала». Не часто наши пендосы снимают такое кино. С закосом под Хичкока, мяса не так уж и много, но страшно». — «А я посмотрела одну порнушку, — в тон Буковскому ответила Карина. — С закосом под Private, но смешно. Особенно концовка в стиле миссионерской». — «Вы знаете, мне Аня посоветовала вам позвонить». — «Интересуетесь будущим?» — «Даже очень». — «Приезжайте». — «Сейчас не могу».

Это был неправильный ответ. Карина положила трубку.

— Хочу в Кимхэ, — потянулась она.

— Что ты потеряла в Южной Корее?

— Соскучилась по подружке.

Соскучилась? Генерал хорошо помнил маленькую кореянку. Имя Су. Противная девка с восторженным резким голосом, косые глазки вразлет, отвечают стилю. Год назад на Красном проспекте Карина въехала в зад тормознувшей зеленой «мазды». «Росия марыль анын сэрами иссымника? — истошно завопила маленькая кореянка, выкатываясь из своей помятой машины. — Как так? Здесь кто-нибудь говорит по-русски?. — И завопила в мобильник, приседая от нетерпения: — Алло, алло! Алло, ДПС! Ой, ну же, где вы? Мне въехали! Как у вас называется? Морыгессымнида! Не совсем понимаю, — кореянка судорожно вспоминала трудные русские слова. Все же вспомнила: — В жопу! — Глаза ее округлились от восторга. Она уже как подруге, закричала Карине: — Они говорят, звони в полицию нравов!»