Инспектор кивнул на убитого:

– С ним?

Женщина непроизвольно тоже взглянула в сторону кресло и вдруг покачнулась. Дани подхватил ее во-время, иначе им пришлось бы иметь дело сразу с двумя бездыханными телами («Не дай Бог», – подумал инспектор).

– Похоже, ей плохо, – сообщил Дани. Он подвел женщину к дивану и осторожно усадил ее. – Шимон, воды!

Шимон принес из кухни стаканчик с водой. Женщина послушно выпила, испуганно обвела взглядом мужчин, склонившихся над нею.

– Кто вы? – спросила она. Ее английский был не слишком хорош, но так можно было выяснить хоть что-то.

– Полиция, – ответил Ронен. – Вы же вызывали полицию!

– Я… никого… не вызывала… – она говорила с трудом, и в глазах ее по-прежнему прятался страх. – Я… только что… вошла…

Инспектор подумал, что она права. Во всяком случае, он с трудом представлял себе, чтобы в таком состоянии женщина могла позвонить и более-менее связно объяснить причины звонка.

Кроме того, звонившая в полицию говорила на иврите.

Алон выпрямился.

– Шимон! – сказал он второму полицейскому, переминавшемуся с ноги на ногу рядом с экспертом Нохумом Бен-Шломо. – Позвони в управление, спроси: они точно идентифицировали звонок? Действительно звонили с этого телефона? – и снова повернулся к женщине. – Значит, вы только что вошли?

– Перед вашим приходом.

– Вы говорите, у вас была назначена встреча.

Женщина кивнула.

– На восемь часов, – сказала она.

– И кто же это? – спросил Ронен, указав на человека с ножом в груди. Как раз в этот самый момент доктор взялся за нож и резко дернул ее. Лезвие ножа оказалось с зазубринами, и… Неприятное зрелище. Инспектор поморщился. Женщина вновь едва не потеряла сознания. Подождав, пока она выпьет воды и немного придет в себя, он повторил вопрос:

– Так кто же это?

– Шломо Меерович, – ответила она. – Мой бывший муж. Мы с ним… – она запнулась. – Я не помню, как это по-английски… Ну, не живем вместе уже давно. У него другая жена.