— Живу на Демьяновской. До проходной весь комбинат надо обходить, а здесь напрямую в кочегарку попадаю, — как ни в чем не бывало ответил Сверчков.

Шехватов показал на лежащие баллоны:

— Присядем, минутку побеседуем.

— Минутку можно, — согласился Сверчков. Оказался он, в общем-то, разговорчивым человеком.

Осторожно задавая вопросы, Шехватову быстро удалось получить почти полное подтверждение показаний охранника Пушкова. Оказывается, вчерашним вечером Сверчков действительно находился в кочегарке не в свою смену. Приходил на хлебокомбинат, чтобы получить зарплату, но не успел — касса уже закрылась. На территории встретил слесаря Сергея Дударева, у того была бутылка вина. Зашли в кочегарку. Дежурил там кочегар Обручев — рыжий, в очках. Втроем выпили. Дударев сбегал еще за парой бутылок. Их «уговорили» вдвоем, с Дударевым. Обручев пить больше не стал, дежурить ему надо было до двенадцати ночи.

— Во сколько вы ушли домой? — спросил Шехватов.

— Не помню, закосели мы с Серегой крепко, — смущенно проговорил Сверчков.

— Охранник Пушков при вас заходил в кочегарку?

— Кажется, заглядывал, когда выпивка кончилась.

— Почему сказали ему, будто пришли не в свою смену из-за того, что механик вас не предупредил?

На лице Сверчкова появилось неподдельное удивление:

— А чо я должен был сказать, что кирять пришел?..

Усмехнувшись в душе своеобразной «логике» Сверчкова, Шехватов снова задал вопрос:

— Ушли с территории хлебокомбината вместе с Дударевым?

— Нет, не вместе, — Сверчков показал на дыру в заборе. — Я своим путем двинул, а Серега, кажись, к проходной направился. Он в другой стороне живет.

— Что за человек Дударев?

— Ничего, компанейский мужик. Иной раз, как перепьет, в пузырь лезет, с начальством цапается, а так, вообще, нормальный.

— А Обручев?

— Псих придурковатый.