— Мария Гавриловна, а раньше на комбинате случались кражи?

Пересветова кончиками указательных пальцев потерла усталые глаза:

— Год назад вот из этого красного уголка новенькие шелковые шторы стоимостью в двести сорок шесть рублей украли. Я тогда председателем завкома работала. Первого июля к нам на практику пришли студенты торгового института. Занятия с ними проводила начальник ОТК Родионова Анна Сергеевна. Я ей ключи от красного уголка отдала. Через неделю как-то заглянула сюда, вижу, окна некоторые открыты и штор нет. Кольца от них аккуратно сложены на подоконнике. Почему-то подумала, что техничка сняла шторы постирать. Потом выяснилось: никто из техничек шторы не брал.

— В милицию об этом заявляли?

— Нет. Обсудили случившееся в коллективе, думали, шторы найдутся, но они — как в воду канули.

Разговор прервали внезапно появившиеся плотники. Было их трое: два дюжих молодца в старомодных кепках-восьмиклинках и худенький старичок уже пенсионного возраста, как после выяснилось, бригадир. Увидев сотрудников милиции, плотники недоуменно переглянулись. Старичок, похоже, из всех трех самый общительный по характеру, поставив на пол ящик с инструментами, бодренько проговорил:

— Работать пришли! Можно приступать к исполнению служебных обязанностей или как?..

— Приступайте! — в тон ему ответил Шехватов и, сделав вид, что морщится от застойного воздуха, спросил: — Как вы в такой духоте работаете?

— Окна для проветривания открываем.

— А закрывает кто?

— Сами и закрываем в конце работы.

— Вчера закрывали?

— Ну, а ка-а-ак же! — без тени сомнения нараспев протянул старичок. — Мы, товарищ начальник, порядок соблюдаем будь здоров!

Шехватов показал на открытый оконный шпингалет:

— Вот так вот?

Плотники разом сунулись к указанному окну и запальчиво начали выяснять друг у друга, кто из них вчера закрывал окна! В результате непродолжительных, но очень бурных дебатов «выяснилось», что никто из троих вчера вообще окна не открывал, а следовательно, и закрывать их не было необходимости.