Кордвайнер молча кивнула, прислушиваясь к хрипловатому дыханию сидевшего рядом с ней Кортеса, и поморщилась, когда еще один мантикорский корабль - на сей раз легкий крейсер - неожиданно исчез с экрана. Два из трех подбитых линейных крейсеров получили дополнительные повреждения. Желтая полоска рядом с одним - прищурившись, Кордвайнер рассмотрела название корабля: "Агамемнон" - была обведена красной каймой, обозначающей "критический ущерб". О том, каково пришлось экипажу обреченного корабля, страшно было даже думать.

- Сейчас мы увидим, как оперативное соединение изменило курс, негромко произнесла Ортис.

На глазах военного прокурора указатель курса Х-001 отклонился от первоначального направления минимум на пятнадцать градусов. Дредноуты НРХ резко развернулись, чтобы срезать хорду и выйти на перехват. Кордвайнер закусила губу, и тут изображение замерло.

- Мы дошли до того момента, когда адмирал Сарнов предпринял последнюю попытку отвлечь внимание неприятеля от ремонтной базы и ее обслуживающего персонала, - сказала капитан Ортис, и контур вновь заработал.

Формационные дисплеи остались прежними, а вот дисплей системы съежился в несколько раз, чтобы освободить место для трех новых изображений. На сей раз не боевых порядков или даже кораблей, а командных отсеков со странно застывшими - словно в ожидании возобновления движения - мантикорскими офицерами.

- Теперь мы приближаемся к действиям, имеющим особое значение для принятия следственной коллегией окончательного решения, - прокомментировала Ортис. -Записи брифингов адмирала Сарнова, сделанных перед боем, и знакомство с установками, данными им командирам эскадр и капитанам, делает совершенно очевидным, что все они понимали его намерение отвлечь противника от базы всеми доступными средствами, включая использование в качестве приманки собственных кораблей.