Джонни решил болтать глупости — пусть, с ней можно. Хоть так поговорят… — Я должен был похоронить его там. Он был великим человеком. Многому научил меня: как плести веревки из травы, как устраивать засады на пуму и убивать ее в прыжке, ведь она не может в воздухе развернуться, ты же знаешь! Как изготавливать из шкур прочные ремни… — Нет, Джонни, ты ни в чем не виноват. — И похороны были скверные. — А я других никогда не видела. — Плохие были похороны. Стаффор не выдержал церемонии. — Но ведь он много говорил. Я-то сама не слышала, помогала собирать землянику, но мне рассказывали. Он что-нибудь плохое сказал? — Нет, только все равно неправильно. — А что он говорил, Джонни? — Да ты же прекрасно знаешь: твердит одну и ту же чушь, как боги разгневались на людей. Все знают эту легенду. Я и сам могу рассказать не хуже. Джонни недовольно фыркнул. — Расскажи мне, а? Крисси приготовилась слушать с таким интересом, что ему некуда было деваться. — … И вот наступил день, когда бог разгневался на людей за их праздность и прелюбодеяния. И пригнал он чудовищную тучу, и начал метать молнии. Божий гнев отнял жизни у многих и многих. И обрушил на Землю бедствия, и наслал мор, чтобы поразить нечестивых. И когда сделал он это, остались на Земле только честные праведники, чада господни. Но даже этих уцелевших бог решил испытать. И наслал на них чудовищ, и загнали те чудовища людей в горы и стали охотиться на них. Людей становилось все меньше и меньше, пока не истребили те чудовища всех нечестивых. И остались на Земле только святые праведники. Хвала тебе, господи! — О, Джонни, как ты хорошо рассказываешь! Он помолчал, потом вновь заговорил мрачно:

— Моя вина… Я должен был убедить отца. С нашей деревней что-то не так. Если бы он послушал меня и мы ушли бы в другое место, он остался бы жить. Я знаю, я чувствую это! — Куда, в какое другое место? — Там, внизу, огромная равнина. По ней верхом можно скакать неделю. И в легендах говорится, что там была Великая Деревня. — Джонни, там же чудовища! — Я никогда не видел их. — Но ты же видел зарево над горами, которое проплывает каждые несколько дней. — Ах, э-это?! Солнце и Луна тоже появляются каждый день.