Но едва истребители стали заходить в атаку, как сработали станции предупреждения об электромагнитном облучении. Зенитные комплексы «Москвы» брали их на автосопровождение. Сейчас будет пуск.

Щербина и Рощин практически синхронно отстрелили шлейфы тепловых ловушек и дипольных отражателей, автоматически заработали станции постановки помех под крыльями Су-27СМК. Целое облако раскаленных ложных целей и серебристых диполей закрыло истребители. А два Су-27СМК все так же синхронно выполнили противозенитный маневр. Захват корабельных ЗРК был сорван.

Олег отдал ручку управления самолетом от себя, ловя в светящееся перекрестье индикатора лобового стекла беспилотную мишень. На пилонах истребителей были подвешены настоящие, а не учебные ракеты воздушного боя. Пуск! Огненные стрелы ракет Р-27 поразили головную мишень. Еще один результативный пуск выполнил Юра. Остальные «беспилотники» увеличили скорость и стали маневрировать с большими перегрузками, чтобы уйти от атаки.

Щербине сразу вспомнилось пылающее небо над Донецком и воздушные бои с лучшими «звездно-полосатыми» асами. Дистанция до беспилотных мишеней стремительно сокращалась. Времени на то, чтобы еще раз прицелиться, уже не было. Олег быстро переключился на оптико-локационную станцию. Режим ближнего боя — «шлем»! Коллиматорный визир прицела едва успевает зафиксировать мелькнувшую со скоростью молнии тень беспилотной мишени, палец жмет гашетку. Наперерез цели устремляются сразу две ракеты ближнего боя Р-73. Взрыв разметал обломки мишени. Юра тоже успел сбить «свою» цель.

— Я 801-й, задание выполнил. Отстрелялись нормально.

А внизу полным ходом шли учения. Крейсер «Москва» начал артиллерийскую стрельбу из двуствольного 130-миллиметрового орудия. Огненный вал взрывов частым гребнем прочесал берег, оставив дымящиеся воронки на песке и поваленные стволы тропических исполинов. Навстречу крейсеру рванулись ракетные катера, а на десантном корабле распахнулись носовые ворота и оттуда к берегу поплыли БТРы и БМП с морской пехотой…