За несколько дней произошли изменения плечевого пояса. Мышцы налились тяжестью и силой. В то же время Кир все чаще не чувствовал ног. Походка стала неуверенной, будто он скользил по ненадежному льду. В позвоночнике ощущались резкие боли, огненным пунктиром пронизывающие тело от головы до поясницы. Странные вещи происходили с дыханием, участившимся за эти дни в несколько раз. Однако исчезла одышка, мучившая в первые дни пути.

Непонятные грезы преследовали Кира. Иногда он терял контроль над собой прямо на ходу. Но появившееся звериное чутье ни разу не подвело его. Кир уверенно шел в сторону перевала. Помогала возникшая способность видеть в темноте, но и без этого он теперь безошибочно угадывал, где таятся коварные трещины и осыпи, предательские валуны, готовые сорваться на голову от малейшего касания.

Но больше всего удивляли видения. Поначалу ему мерещились образы давно умерших друзей, несколько раз беседовал во сне с отцом - потом эти призраки исчезли. И только образ Заи постоянно следовал за ним, однако и он постепенно тускнел. Несколько раз на скалах, мерцавших в лучах солнца, ему мерещился знакомый браслет. Но чей он был, кому принадлежал? Какие воспоминания связаны с ним? Как Кир ни напрягался, вспомнить не мог. Он все чаще стал ощущать присутствие подле себя странных ландшафтов и пейзажей, которые до сих пор не приходилось встречать наяву. Он то брел по дремучей чаще сырого и жуткого леса, где, казалось, каждая травинка таит смерть. Гигантские стволы деревьев с мясистыми треугольными листьями гордо возносились к небу, к их подножию не пробивались лучи солнца. Мириады красочных птиц и насекомых кружились, порхали вокруг пышных крон, а пушистые лианы, похожие на сказочных змей, цеплялись за ноги и одежду. Эти картины сменялись другими - странные пустыни с голубоватым песком вдруг приводили к сказочным оазисам, либо он вдруг оказывался на побережье океана и порывистый морской ветер бросал в лицо соленые брызги...