Мимо Родриго, выпятив широченную грудь, разболтанной походкой прошел Кен Дайсон из группы Ермолаева — почти двухметровый американец, получивший у десантников прозвище «Шкаф». Он сосредоточенно жевал резинку — этот процесс, казалось, занимал его гораздо больше, чем предстоящий рейд. Затем появился сам Ермолаев. Увидев Родриго, он подошел к нему и уже собрался в своей обычной манере хлопнуть по плечу, но тот, внезапно пригнувшись и крутанувшись на пятке, увернулся от здоровенной пятерни русского. Не ожидавший этого Филипп на мгновение застыл с занесенной рукой, затем до него дошел комизм ситуации, и он засмеялся:

— Ну, молодец, Красавчик! Не теряешь реакции!

Родриго, разумеется, не полез за словом в карман:

— Поупражняйся лучше на местных обитателях, Фил! Если, конечно, они не попадают с ног от твоих знаков внимания.

Раздался дружный гогот — забыв предписанное Уставом благоговение перед начальством, десантники по достоинству оценили шутку.

— Смейтесь, черти, — беззлобно произнес Ермолаев. — Отводите душу, пока вы здесь, на поляне. В лесу вам будет не до смеха.

В дверях базы появился Эрикссон. И сразу всякое панибратство кончилось.

— Становись! — гаркнул Ермолаев.

Десантники построились в две шеренги. Слева к ним примкнула группка ученых.

Приблизившись, Эрикссон заложил руки за спину и стал молча разглядывать свое воинство. Это продолжалось не меньше минуты.

— Полагаю, задача ясна всем, — заговорил он наконец, — но вес же повторю главное. Вы должны произвести глубокую разведку и отловить по пути животных, которые заинтересуют биологов. Главный объект, как я понял от Иджертона, — группа каких-то очень крупных существ. Их еще вчера обнаружил спутник километрах в семидесяти к юго-западу от Базы. Сегодня эти данные были подтверждены. Надо постараться поймать хотя бы одну такую зверюгу.