«Но он же и сам знает все это…»

— А почему они погибли? — безжалостно продолжал свой расспрос Ралгха, хотя в его голосе Кирха уже явственно слышал боль, боль, которую так хорошо понимал. Он не хотел думать об этом, не хотел ничего вспоминать.

Но этого требовал его господин.

— Это был… это была трагическая ошибка, — с трудом выдавил он из себя низким хриплым голосом. — Местный калрахр подумал, что это корабль землян, и открыл огонь, не дожидаясь получения опознавательного кода. Но вы же все знаете, мой господин! — воскликнул он с нарастающим чувством отчаяния. — Почему вы об этом меня спрашиваете?

Но Ралгха еще не закончил.

— А что ты почувствовал, когда узнал о несчастном случае? — бесцветным, глухим голосом спросил он.

Кирха невольно сжал кулаки, вспомнив ярость, охватившую его тогда,; ярость, которая до сих пор горячила его кровь.

— Я хотел убивать землян. Именно из-за землян погиб весь ваш храи, из-за них были убиты и мои родители, братья и сестры. Именно тогда я попросил вас взять меня к себе, чтобы служить вам здесь, на «Рас Ник'хре», и сражаться с землянами.

— А почетна ли гибель моего храи? — тихо спросил командир.

Кирха в изумлении уставился на своего господина, будто тот превратился в какое-то чужеземное существо.

— Разве нет? Но:

— Я расскажу тебе о том, чего ты не знаешь, — продолжал Ралгха. — Земляне атаковали Ххаллас в отместку за разорение нами нескольких их колоний, на которые мы напали после одного из неудачных сражений, чтобы хоть так овладеть частью принадлежащей землянам территории… — Его голос сорвался, и он печально повел плечами. — Неужели ты не видишь, Кирха, тщетности всего этого? Такая гибель не стала почетной ни для моего храи, ни для твоей семьи. Они оказались пешками в нелепой игре и ничего не значили ни для одной из играющих сторон. Их смерти были бессмысленны, Кирха.