Он кивнул:
— Я разводил голубей на бабушкином ранчо, неподалеку от Сиднея. Ну что ж, думаю, будет интересно. Небольшое развлечение, которое немного скрасит будни. — Он вздохнул. — До чего же нудное занятие эта почетная охрана дипломатического корпуса… Ну кто бы мог подумать, что им придет в голову сунуть нас сюда после сражения у Веги.
Марико вздохнула, машинально перебирая оставшиеся у нее фишки.
— Мне кажется, они отправили нас сюда для того, чтобы мы немного пришли в себя после Веги и операции «Молот Тора». Я уверена, они опасались, что такое число боевых вылетов, которое нам выпало, могло не лучшим образом сказаться на психическом здоровье личного состава.
— Послушай, — рассмеялся он, — но мы все держались просто великолепно в этой напряженной обстановке!
— Все ли? — мягко переспросила она.
— Ну… кроме Тодда Маршалла, который, я бы сказал, стал совсем неуправляемым. — Он грустно покачал головой. Маршалл беспокоил его. Об этом ни он, ни другие пилоты эскадрильи не говорили вслух, но каждый из них побаивался, что Тодда могут назначить к нему ведомым. Сейчас он был совершенно непредсказуемым, вполне способным на самоубийственные поступки.
«Никто не захочет иметь в бою такого ведомого, если надеется вернуться с задания живым».
— Во-первых, у этого парня с самого начала было не все в порядке с мозгами, а после тех тяжелейших боев… Я боюсь, их напряжение оказалось для него непосильным. Он на редкость удачно выбрал себе прозвище «Маньяк», и сейчас это слово как нельзя лучше передает его сущность. — Хантер старался не думать о том, в какой мере Маршалл мог «предопределить» свою судьбу, выбрав себе это прозвище. Хотя кое-кто именно так и считал. Если и дальше размышлять на эту тему, то, чего доброго, придется задуматься еще и над тем, какую судьбу уготовила себе Спирит, выбрав свое прозвище.
«К черту эти глупые суеверия, — оборвал он сам себя. — Не надо уподобляться тем, кто постоянно выискивает всякие там предзнаменования и рассчитывает на помощь разных, якобы приносящих удачу, амулетов! Марико бросает вызов своей судьбе не более, чем Маньяк — своей».