И девушка шла за ним, испуганная, но не способная устоять перед искушением. Она собирала камни в носовой платок, который был уже почти полон. Лошадь не отставала ни на шаг, приближаясь к кабине перелетов.

Оказавшись внутри, девушка, все еще не отрываясь, завороженно смотрела на четыре оставшиеся у Свеца самоцвета: красный, желтый, синий и черный, самый большой из всех полученных ранее. Он указал на лошадь, потом — на камни.

Ее лицо выражало нечеловеческие страдания. Лоб Свеца покрылся испариной. Она явно не хотела расставаться с лошадью… а у Свеца не было больше корунда…

Девушка кивнула — одно быстрое движение головы. Не медля ни секунды, пока она не передумала, Свец высыпал камни ей в ладонь. Прижав руки к груди, она, рыдая, выбежала из кабины.

Лошадь поднялась, готовая следовать за хозяйкой. Свец схватил ружье и выстрелил. Кровь заструилась по шее животного, которое, отпрянув, пронзило Свеца, как штыком, взглядом холодных глаз.

Жаль девушку, подумал Свец, повернувшись к двери. Но так или иначе, она все равно лишилась бы лошади: та пила зараженную воду из открытого источника. Теперь оставалось только втащить в кабину летатель…

Угловым зрением он заметил какое-то движение.

При некоторых обстоятельствах даже неподтвердившееся предположение способно повергнуть человека в ужас. Свец и не думал, что лошадь мгновенно упадет, но, когда он осознал, что происходит, его охватил панический страх. Животное, по всей видимости, даже не собиралось падать, а, наоборот, собиралось атаковать его. Он нажал на кнопку и открыл дверь, с трудом успев избежать смертельного удара.

Исключительно красивый и очень острый спиралевидный рог мешал двери закрыться. Лошадь, напоминавшая молнию в темной кабине, быстро развернулась, и снова Свец чудом спасся от ее грозного оружия, пронзившего воздух в полудюйме от него.