Она вышла из комнаты. Молли начала спокойно упаковывать энцефаллограф, а комиссар сначала посмотрел на открытую дверь, а потом на Генри.
- Она работает более эффективно, если слышит благодарность, Майлер. Как и большинство людей.
Генри обнял Молли, вежливо попросил Джерри взять энцефаллограф и, пожелав Майлеру приятного дня, вышел.
- Эй, подождите минутку… Генри повернулся к двери.
- Как сказала Бабс, Майлер, у вас была больше, чем минута, а наше время высоко ценится.
***
- Чарити снова должна быть спокойной, Гус? - спросил Генри врача Центра. - Мы нашли для нее временный контракт, чтобы обнаружить нарушителя спокойствия в компании Эрроу Шерт.
Гус быстро наклонил голову, его лицо исказила гримаса, он хотел сказать "нет", а должен был сказать "да". Он прислонился к двери в двухкомнатную квартиру Чарити Макджилликадди на жилом этаже здания магазина Центра.
- Даже с вывеской, которую мы получили, Хенк, здесь нет достаточного уединения для эмпатов и телепатов. Физически недостаточное расстояние. Нет способа выйти и уйти от себя, если вы понимаете, о чем я говорю. Мы все втиснуты в клетку, несмотря на комфорт и удобства. Вы можете сказать, слишком много хорошего, слишком тесное дружеское влияние. Как передозировка средств, вызывающих эйфорию. На фоне чувства товарищества. Для Чарити это слишком.
Генри посмотрел в сторону окна в коридоре, где на траву проецировался солнечный свет; огромное раскидистое буковое дерево было красно-коричневым на фоне по-осеннему синего неба. Хотя картина выглядела настолько реально, что тихо шевелились листья и медленно изменялся угол солнечного света, Генри знал, что это только проекция, и его мозг не воспринимал фантазию, которая вводила в заблуждение миллионы обитателей.
- Таланту требуются определенные условия, - продолжал Гус. - И одно из самых важных - это физическая свобода и просторная комната.