По форме тела зверь этот походил на игуанодонов, но был стройнее их, что и способствовало быстроте его движений. У него была более крупная голова с большой пастью, снабженной острыми зубами, с большим рогом на переносице и несколькими поменьше на шее. Передние ноги - небольшие, с когтистыми лапами, задние - массивнее, но не такие огромные, как у игуанодонов. Тело было покрыто мелкой чешуей, не стеснявшей его движений. Этот хищник был гораздо проворнее игуанодонов. Судя по быстроте его бега и величине скачков, он был их опасным врагом. Но он мог, очевидно, справиться и с громадным неуклюжим бронтозавром, вскочив ему на нижнюю часть шеи и перекусив артерии.
Едва мы успели рассмотреть этого ящера, как из надвинувшихся густых туч полил дождь, заставивший нас поспешно направиться к своему снаряду и укрыться в нем. Пока мы добрались до ракеты, дождь превратился в проливной, и через сеть ливня почти ничего нельзя было рассмотреть.
Мы прождали несколько часов, но погода не улучшалась. Так во время дождя мы и покинули эту мокрую планету, красивый блеск которой, при взгляде на нее издали, очевидно, обусловлен густой пеленой туч, окутывающих ее поверхность и отражающих солнечный свет.
Пока мы сидели в ракете в ожидании прекращения ливня, мы могли обменяться впечатлениями относительно воздуха этой планеты. Воздух Венеры очень теплый и влажный. Мы чувствовали себя, словно в паровой бане, и по нашим лицам струился пот. Солнце пробивалось через тучи только на несколько мгновений, и диск его казался нам вдвое больше, чем с Земли.
Проведя сутки (по нашему времени) на поверхности Венеры, мы находились вне снаряда около двух часов. Но для первого знакомства с планетой и этой небольшой экскурсии было достаточно.
Поднявшись, мы пробились опять через густые тучи и взяли направление к нашей Земле, которая с Венеры виднелась на небосклоне в виде крупной звезды.