Пока Лоуэл говорил, он сделал только несколько пометок, довольствуясь тем, что внимательно слушает. Он не поморщился, когда радист рассказал ему о переговорах и приказах сбить самолет. Накануне лицо, которое говорило с ним по телефону из Белого Дома, пообещало его кое-кому представить. Когда радист закончил, он спросил:

- Что вы думаете по поводу причины, согласно которой была совершена попытка сбить этот самолет?

Лоуэл широко открыл глаза.

- Конечно, ничего. А вы можете мне ее сказать?

- Я не уполномочен вам отвечать.

Тон был безапелляционным. Полицейский продолжал:

- Мистер Лоуэл, я должен вам напомнить, что вы должны сохранять в глубочайшей тайне все, что касается этого дела. Вы не должны об этом рассказывать никому, даже вашей жене или подружке. Всякая нескромность с вашей стороны повлечет за собой самые тяжкие последствия. Вы предстанете перед Верховным Судом... за шпионаж.

- Но...

- Я ничего не могу вам сказать. Информация, которой вы обладаете, касается непосредственно службы безопасности США. В других странах вас отправили бы прямо в концлагерь для большей безопасности. Вам повезло, что вы живете здесь...

Полицейский встал и взял свой портфель. Затем пожал руку Лоуэла и сказал:

- Если у вас будет какая-нибудь новая информация касательно этого дела, свяжитесь немедленно с ближайшим отделением ФБР и никому об этом не рассказывайте. До свидания.

Полицейский давно уже ушел, а Лоуэл все сидел молча. Он бы дорого дал за то, чтобы узнать, почему такие важные особы заинтересовались такой банальной с виду историей.

2

Из стены почти под ноги Сержу Ленцу выскочила крыса. Тот отпрыгнул и ударом палки размозжил грызуна, когда заметил, что из его пасти идет пена.

Зверек протащился еще несколько метров в пыли и свалился набок. Лапы слабо задвигались, а живот раздулся так, что чуть не лопнул. Затем крыса конвульсивно дернулась и больше не двигалась. Превозмогая отвращение, Серж Ленц подошел ближе и склонился над трупиком. Тот уже вонял.