Глаза Кола блеснули. Он смотрел на нее исподлобья.

– Вот теперь ты уж точно несешь хрен знает что! Спутник! Скажешь тоже!

– Говорю тебе – спутник! Точняк! А еще там вроде как военные «вертушки» и все дела. Спроси Мейсона. Он тоже там был.

– Ладно. Я проверю. Только бы насчет работы не обломалось. Вон отец поехал.

Адэр присела на крыло катера. Сломанное. Сесть-то она могла, вот только катер больше не летал по волнам. Адэр тряхнула головой.

– Правда, они нас выперли. Туда не пустили даже фургон с телевидения. – Тут ей кое-что пришло в голову, и она с тревогой посмотрела вслед грузовичку. – Кто его знает… Может, эта штука под водой радиоактивная? Но ведь они дадут папе защитный костюм, ну или что там положено, правда ведь?

– Не знаю. Наверно, дадут, – рассеянно отозвался он хрипловатым от волнения голосом, поглядывая в сторону бухты. – Значит, Сьюзен-бей…

Адэр закусила губу – отцу придется лезть в эту непроглядную тьму.

– Это возле подъездной дороги к тому закрытому ресторану, ну, где раньше был причал.

– Черт возьми, точно! – И он скрючил пальцы сразу на левой и на правой руке, как делал диджей Микс Лорд, когда собирался поставить какую-нибудь виниловую древность. – Я знаю это место. Мы раньше таскались туда с пацанами курить дурь и слушать музон. Вот черт! Надо туда пойти и самому посмотреть. Прогонят, конечно, ну и ладно!

– Я точно видела там мужика со счетчиком Гейгера.

– Радиация. Все правильно. В эту дыру шлепнулся ошметок металла. Ну так что, пойдем, что ли, дурында? Посмотрим, насколько оно опасно?

3.

19 ноября, ночь

Ник сразу понял, что придется как-то проскользнуть мимо морских пехотинцев, стоящих по ту сторону желтой Ленты. Но они выглядели такими же растерянными, как и вся остальная публика у разбитого причала. Иногда с такими людьми иметь дело даже проще.