– Я спускаюсь! Будет отлично, если вы пошлете туда еще одного человека.

– Еще одного человека – зачем? – Голос звучал снизу, практически из воды.

Кол перегнулся через поручни. На фоне темной воды резко белело лицо отца. Он смотрел на Кола снизу вверх, сдвинув маску почти на макушку.

– Что за черт, батя? Ты знаешь, сколько времени ты проторчал внизу?

– Да ладно, пара лишних минут, ну так что же? За столько-то лет я научился экономить воздух.

Кол снова посмотрел на часы. Практически пять минут, вовсе не пара, подумал он. Да, у старика техника так техника!

Но все же… Пять минут без воздуха! На самом деле такое ведь невозможно?

Но тут на палубе появился отец, перескочив поручни, как молодой, и это несмотря на тяжесть баллона, холодную воду и усталость.

Кол помнил: надо следить за признаками странного поведения у ныряльщика, который слишком долго пробыл под водой. У него может возникнуть легкая форма кислородной недостаточности – слабоумие или что там еще… Но отец уже оказался у лебедки и передвигал рычаги, начиная выбирать трос.

Тут на катере береговой охраны явился офицер из авиации. Оттуда донеслось:

– Эй, на лодке! Майор Стэннер к вам на борт.

С куда большим усилием, чем отец Кола, Стэннер взобрался по трапу, перелез через поручни и оказался на палубе.

– Вы уже включаете свое оборудование? – спросил он.

Отец кивнул.

– Все готово. Поддерживающие конструкции обвалились как раз так, что проблем не будет. Если вы боитесь, что эту штуку пока рано тащить, то настоящий подъем я еще не начал. Но сумел очистить ее от песка, так что грейферы надежно ее зацепят.

Стэннер удивленно поднял брови.

– Убрали весь песок? Мы полагали, что спутник почти зарылся в дно.

Отец непонимающе посмотрел на Стэннера.

– Может, из-за удара песок перемешался и стал не таким плотным? В общем, верхняя часть корпуса полностью свободна. Но похоже, модуль СПН разрушен. Думаю, его содержимое уничтожено.