– Говорят, это был небольшой самолет, – заметил женский голос.

Вейлону почти захотелось рассказать им, рассказать хоть кому-нибудь о том, что он видел, про вертолет, про странных солдат, которые преследовали его в лесу.

Но он слишком устал, чтобы выдержать еще и насмешки.

Вместо этого он вылез по лодочной аппарели на дорогу, поднял большой палец, и его подбросили до Квибры вместе с компанией выпивших студентов, которые всю дорогу насмехались над царапинами от ежевики у него на лице.

Ехал и думал: «Дебил, конечно, они искали тебя. С тех пор как террористы влетели на самолетах во Всемирный торговый центр и Пентагон, эти долбаные военные вообще ударились в паранойю, готовы распять любого, кто вынюхивает их дела. Если это не НЛО разбился, то спутник-шпион. В общем, совершенно секретная хрень. А чего ты ждал? Теневое правительство возьмет тебя за задницу, если только встанешь у них на пути».

Когда Вейлон добрался домой, мать спала на кушетке, громко храпела, телевизор работал, но звук был выключен. ТВ-магазин. Она любит смотреть на дешевые вещи, которые там рекламируют, но никогда ничего не покупает. Длинные светлые локоны растрепались, рассыпались по лицу, открытому рту. На столе выстроились бокалы с вином, из пепельниц вываливались горы окурков. Вернувшись, мать не переоделась, на ней все еще было темно-синее платье – форма ее полулегальной работы. И сорок фунтов лишнего веса, и угроза потерять и эту работу. Вейлон снял с матери туфли и накрыл ее длинным шерстяным жакетом, как одеялом. Потом выключил телевизор и принял душ.

4.

24 ноября, утро

Лэси Каммингс стояла на пороге своего дома, разглядывая живописный куст восьми футов высоты, который раскачивался от туманного ветерка, как нелепая, чуждая этому миру птица. Потом Лэси взглянула на небо, ярко-голубое над головой и серовато-коричневое над северным горизонтом. Потом – на свои сумки у ног на коврике: Готова я идти или нет? Все ли взяла?