В три ноль пять, к скамейке, на которой сидел Слепаков, со стороны отеля "Европа" подошел спортивного вида мужчина.

Неизвестный: "Я от Миши. Вы кто?

Слепаков: Моя фамилия Слепаков.

Неизвестный: Я вас узнал по фотографии. Держите. Это от Миши.

Слепаков: Спасибо. Как он там?

Неизвестный: Живет по крайней мере. Ну, пока.

Все поведение и разговор неизвестного показывали, что это обычный курьер, согласившийся привезти деньги знакомому своего товарища. Однако, это мог быть и соглядатай, присланный следить за Слепаковым и Зумандом. Неужели Серова чем-то насторожили? - гадала Юлия Романовна. За германцем установили скрытое наблюдение.

Вечером Серых снова позвонил Слепакову, чтобы удостовериться, что деньги дошли.

Серых: Даю вам два дня на акцию. Хватит тянуть. Если Орех раньше дотянется до меня, вы вообще ничего не получите!

Слепаков: Спасибо за деньги. Все сделаем.

Коваленко упаковала в пакет еще одну кассету с переговорами Петербург-Берлин. Косвеных доказательств теперь хватало за глаза. Через день можно было докладывать Серых об исполнении заказа на убийство. Все для этого было готово.

Специально для убеждения Серых возле дома Орехова сделали постановочные видеосъемки, якобы с места преступления и показали в вечерних новостях. Дали информацию в прессу о гибели бизнесмена. Наблюдение за привезшим деньги германцем показало, что он активно просматривал газеты. Через день он улетел домой, прихватив образчики нашей прессы.

Слепаков: Мы его пришили. Как и договаривались. Зяма свиснул, что он подъехал, я вышел из подвала, отстрелялся и мы ушли, как условливались.

Серых: Ты не болтай так, сколько говорить: тутошняя власть не любит русских, подслушивает. Ствол скинул?

Слепаков: А как же?

Серых: А второй?

Слепаков: У Зямы остался.

Серых: Забери и схорони. Мне еще пригодится.

После того, как было объявлено об убийстве Орехова, переговоры с Серых проходили в другой тональности. Теперь Слепаков требовал ускорить события.

Слепаков: Миша, пора отдавать деньги!