— Откуда мне знать.

— Получается вы в таком же неведении, как и простые люди.

— Это так.

— Изумительно!

— Я так понимаю, вы ожидали познать здесь все сокровенные истины мира. Но мы такие же, как и обыкновенные люди по части мудрости — полные невежды. Хоть очарование сути некоторых вещей заключается именно в том, что их просто невозможно разгадать, объяснить или изучить достоверно. Ну, любовь, например. Непознанное, невероятное — манит в свои призрачные долины сердца и души со времён основания мира. Не так ли?

— Трудно жить, не зная, кто ты и откуда произошел, — заметил сидящий неподалёку новенький, — и в этом неведении нет никакого очарования.

— Вы — это вы, — ответил ему Константин. — Не обязательно знать, откуда мы и зачем, вы же знаете самого себя и этого достаточно. Вы знаете что любите, а что нет. Вот, допустим, вам не нравиться молоко, неужели вам станет нестерпимо тоскливо, оттого что вы не будете знать, почему оно вам, собственно говоря, противно? Откуда и почему не столь важно, более существенным является то, что оно существует.

Новенькие затихли, несколько мгновений в гостиной царило напряжённое молчание, а потом вдруг Константин весело рассмеялся. Господин сдержал улыбку, чтобы не особо шокировать присутствующих, у них ещё не было возможности привыкнуть к его другу. Пусть не думают, что над ними попросту издеваются.

— Приятного вам вечера, — обворожительно улыбаясь, вымолвил Константин, — вам обязательно понравиться в замке. Жизнь тут временами бывает довольно интересной, особенно если нарушить пару тройку правил. — Как бы по секрету поведал он.

— Константин! — не смотря на напускную серьёзность, глаза Джона Грэйтона излучали веселье, ему пришлось сдержать улыбку.

Присутствующие заулыбались. Одна Вероника недовольно фыркнула и укоризненно скрестила руки. Она всегда удивлялась почему её отец так привязан к другу.

— Вы привыкните к замку, — проводив вышедшего Константина весёлым взглядом сказал господин, — и ко всем его обитателям.