Когда-то он служил под моим началом в Афгане - младший сержант. Я в те времена еще взводом в отдельной Кабульской роте командовал. Сразу из госпиталя Юрке комиссовали, и мы случайно с ним встретились только в прошлом году. И вот во второй раз довелось. Он сам приехал. По этому делу...
Он жует, страдая, фильтр незажженной сигареты - я курить в своем присутствии категорически, словно мы все еще там, в Афгане, в засаде, не разрешаю - и всем лицом показывает, что зажатая в забинтованной руке зажигалка, как граната с сорванной чекой, просится к действию.
- Бр-ронированные стекла, сами поним-маете, сколько ст-тоят... Р-раньше вообще бр-ронирован- ная машина в редкость была. А сейчас п-пленкой обклеят - вот и броня... С-сука...
Последнее слово относится, как я понимаю, не к пленке, достаточно часто применяемой, а к пассажиру джипа "БМВ", нашедшему защиту под этой качественной пленкой.
-Отставить гранатомет, - не соглашаюсь я., Без лишней нравоучительности в голосе, но все же спокойным и деловым тоном учителя. Любой бронебойный патрон годится. Даже самодельный. Для того же дробовика отлей пулю с каленым сердечником. Можешь кусок простого круглого надфиля в свинец закатать. Тоже нормально. Даже бронежилет вплоть до четвертого номера пробивает. А уж пленку-то прошьет, как ситец. Дело не новое, старик, и не однажды проверенное...
Это не школа, и никто не платит мне за уроки, как не платят и за работу, выходящую за грань риска. Но Юрок - я вижу по всей его манере поведения, по каждому его жесту, по попытке заглядывать в глаза - просто рвется постигнуть эту тонкую науку. Зря, молодой человек. Но если есть желание, то... Даст бог, когда-нибудь и на меня охоту начнешь... Хотя, судя по нынешним внешним кондициям, не потянешь.