– Удачи тебе, Три Звездочки.

Лэмми смотрит за медленно отодвигающийся люк, в небо, и я тоже – небо здесь и впрямь незабываемое… как и все остальное.

– Что он хотел? – спросила я, почти не надеясь на ответ. Но лэмми ответил:

– Задержать, милая. Всего лишь задержать. Никакого насилия, только слишком забористое питье, слишком назойливое внимание… и все, что может воспоследовать. Он тебе не понравился?

– Я ему тоже. Но зато все остальное… Процветания этому месту, Достопочтенный.

«Мурлыка» ждала меня в конце воздушного коридора, целая и невредимая, как и я. А рядом, метрах в сорока, оживляла пейзаж груда обломков. И не угадать, что за корабль: такое не от неудачной посадки происходит, только от столкновения, да на редкость неудачного столкновения, или уж от пары ракет в баки. Я нашарила в рундуке под пультом последний пакет сливок. Самое время выпить… отвлечься от обломков этих – кто-то, верно, успел обрадоваться, увидев совсем близко контрольный круг точки пять, – от воина отвлечься, что считает меня гнусным выродком, от непонятной, но весьма своевременной помощи лэмми… Настроиться на Игру… Осталось тринадцать точек. Три из них – довольно близко к внешней границе Большого Рифа. Я выйду из пояса астероидов по безопасной тропе и пойду над ним, и к любой из этих трех придется нырять в Риф совсем чуть-чуть. А потом…

На самом краю обзора полыхнуло, ослепительный свет залил небо, заиграл сверкающими радугами в изломах ледяной глыбы, на посадочной площадке «Пристанища старого пирата» заплясали фиолетовые тени, и через несколько коротких мгновений вернулась тьма. Похоже на взрыв метаокса – на самопроизвольный взрыв, когда бак наполнен слишком плотно, и вязкая жидкость переходит в полимерное состояние.