– Она говорила это, как буд-то действительно была искренна. Ей потребовалось очень многое, чтобы прийти и вот так вот унизиться-

Иви стрельнула в нее глазами. Одним из тех взглядов, двойной эффект которому придавала девушка, с макияжем состоящим из пудры, безупречной подводки и губ, цвета черной вишни. -В мире Моники, быть ее другом означает делать то, что захочет Моника и тогда, когда этого хочет Моника. Как-то я не вижу тебя в роли ее безмозглой подпевки.

– Нет! Это не. . . я не говорила, что собираюсь стать ее другом. . . ты спросила. – Клэр скрестила руки и откинулась в продавленное кресло древнего черного Кадди Иви, поглядывая на нее упрямым взглядом. -Она мне не друг, ок? Ты мой друг!-

– Тогда значит, что если Моника прилюдно начнет садиться на твою парту, ты встанешь и уйдешь? Да ни за что! Ты слишком хорошая. Прежде, чем ты это поймешь, ты потеряешься среди них, и потом, ты действительно начнешь жалеть их. Ты начнешь говорить мне, что Моника не такая плохая, что ее просто не правильно поняли, и прежде, чем ты поймешь, вы будите плести друг другу косички и хихикать над мальчиками. -

Клэр издала звук, как буд-то ее вырвало. -Я этого не сделаю-.

– Ой да ладно. Тебе все нравятся. Тебе даже я нравлюсь. Тебе нравится Шейн, и давай смотреть правде в глаза, он идиот, по крайней мере сейчас. Глаза Иви сузились, когда она думала об этом. -И, кстати, о Шейне, если он не отвяжется от меня, я разобью ему морду. Ну, разобью морду и потом побегу изо всех сил.

Клэр представила себе эту сцену, и чуть не рассмеялась. Она догадывалась, что лучший удар Иви, смог бы заставить Шейна только удивиться, но она могла бы сфотографировать сконфуженное выражение его лица. Какого черта я делаю?

– Я не популярная- заявила она. -Моника мне не друг и я не зависаю с ней, конец истории-