«Я постараюсь, — отвечал меч. — Только ты сперва не очень-то сильно замахивайся».

С каждым разом успехи волшебного меча становились заметней. От тонких веточек Генрих перешел на молодые деревца, потом на бревна. Меч, видя, что ничего плохого с ним не случается, осмелел и легко разрубал стволы толщиной с человека.

Наконец Генрих решил усложнить задачу. Он поставил на пенек металлический чугунок.

— Он достаточно тонкий, ты сможешь его перерубить, — сказал он мечу.

«Но ведь он железный!»

— Но в нем нет воды!

«А если от меня отколется кусок, ты не выбросишь меня?»

— Нет, конечно. Я отнесу тебя к кузнецу.

«Ох, мамочка, я так и знал! Кузнец бросит меня в жаровню и расплавит!»

— Нет-нет, он только починит тебя. Давай вначале я легонько стукну по чугунку, и ты увидишь, что в этом нет ничего страшного.

«Но только бей не сильно!»

Генрих взмахнул мечом, но за миг до удара оружие в его руках вильнуло в сторону.

— Опять? Мы ведь договорились.

«А ты очень сильно бил, и я испугался! Давай еще разок».

Во второй раз меч не стал отклоняться. Чугунок закачался и свалился с пенька.

— Ну что, живой? — спросил Генрих.

«Все хорошо, — весело ответил меч. — Можешь ударить сильнее».

На этот раз чугунок отлетел на несколько метров, а со следующей попытки меч разрубил его надвое, точно масло.

— Отлично! — похвалил Генрих волшебное оружие.

«Да, неплохо, и главное, совсем не больно. Однако чугунок — это еще не вражеский меч. Неси скорее какой-нибудь меч, я хочу попробовать разрубить настоящего противника».

Пока трус поневоле не передумал, Генрих сбегал к разбойникам за мечом, вернулся и привязал тяжелую полоску стали к дереву.

— Сильно бить? — спросил он.