Как теперь будет жить его величество король Реберик Восьмой? Где он будет спать? Чем платить за еду?! — громко выкрикивал гном и рвал на себе волосы.

— Облако пришло вчера на рассвете, — сказал кто-то твердым голосом за спиной Генриха. Мальчик обернулся и увидел старика-церемониймейстера. — Никто его не ждал, а стража, вероятно, проспала. Лишь благодаря поднявшим невероятный крик гусям многие успели проснуться и заметить Облако. Меня тоже разбудил крик гусей. Я выглянул в окно и сразу же увидел Облако, а потом раздался набатный звон на пожарной каланче. Отважный пожарник Готфрид бил в колокол и поднимал людей. Потом я увидел, как Облако накрыло каланчу. Звон стих…

Ах, господин Христианиус, простите, что я не подошел к вам, — я решил, что вы испуганы, как и все остальные, — пробормотал Генрих, испытывая неловкость за то, что не обратил на старого церемониймейстера внимания.

Мне девяносто лет, господин Герой, — усмехнулся Христианиус — Я перестал уже многого бояться. Но уверяю вас, будь я моложе, я испугался б не меньше остальных… Поняв, какая страшная опасность грозит королю, я тут же бросился в его опочивальню и разбудил его величество, — продолжил свой рассказ церемониймейстер. — Опочивальню охраняли два рыцаря, с которыми вы уже успели познакомиться. Один из них прихватил королевское знамя. А когда мы спускались в королевскую конюшню, за которой в подвале есть тайный подземный ход, мы встретили рыцаря-гнома Эргрика. Отважный хранитель выносил из королевской сокровищницы ваши доспехи и ваш меч. Хранитель в эту ночь не спал — составлял отчеты и пересчитывал доходы, — и поэтому Облако не застало его врасплох. Кроме доспехов и меча, Эргрик больше ничего взять не смог — рук не хватило. Конечно, горсть-другую монет он все же успел засыпать в свой кошель, но денег этих недостаточно, чтоб нанять армию или долго содержать короля. Лошади в конюшне точно взбесились, и мы смогли нагрузить поклажей только вот эту старую клячу. В мешках еды на два дня, кое-что из королевской одежды, и еще книга с именами королей Берилингии и предков Реберика Восьмого. Что-что, а эту книгу я не мог оставить Розовому Облаку. За эту книгу я отвечаю собственной головой.