— Не брага, а Врага, сила Врага! Тарас, с такими вещами нельзя шутить. Ты должен знать - у нас, у всех нас, у эльфов и людей, у магов и друидов есть один, всего лишь один общий Враг. Наш мир слишком долго жил в неге, и мы, эльфы, пропустили тот час, когда древний Враг пробудился. Мы не заметили, как он набрал свою силу, и теперь ни один маг не может скрыть от него свою волшбу…

Уже две недели я вполне успешно скрывал от всех свое колдовство. Бедуины, эти сыны шакала, или сыны пустыни, один черт, были совершенно уверены, что я в диких страданиях влеку свое рабское существования. Я их старался не разочаровывать - для этого пару раз даже пришлось повисеть на столбе, делая вид, что удары кнутом доставляют мне огромные страдания. Местным понравилось. Правда, я немного с кровью переборщил, слишком много ее "из меня" вылилось, бедуины долго удивлялись, как я после этого вообще жить остался. А так шоу получилось на высшем уровне - со всеми необходимыми спецэффектами.

Параллельно с изучением бедуинов я изучал и своих товарищей по несчастью - прочих рабов. Большинство из них ничем не отличалось от хозяев, случайно попавшие в плен дикари из других племен, но двое рабов меня все же заинтересовало. Во-первых, у них была совершенно другая аура - у одного разноцветный пузырь творческого человека, у другого острая белая игла настоящего воина. Да и внешне они были ближе к нам, к белым людям, чем к этим коричневым макакам. Оба достаточно молодых, лет под тридцать, они не могли так легко выносить тяготы рабства, как остальные, а потому и наказывали их почаще прочих. Прикинув, что, так как в местном мире мне придется как-то еще приживаться, я решил поближе с ними познакомиться, узнать, кто они да откуда.