Выстрелы смолкли. Не снимая пальца с ключа, Демин глянул в узкую щель.
Метрах в тридцати от него покачивалась шлюпка с двумя гитлеровскими солдатами. Толстяк смеялся, развались на корме. Тощий дылда стоял, расставив ноги, часто мигая. В руках у него был автомат.
- А я говорю, попал, - донеслось до разведчика. - Ты проиграл!
- Сядь, Франц, - пробормотал толстяк между двумя судорожными приступами веселья. - Сядь, перевернешь лодку.
- К черту! - сердито отмахнулся Франц и действительно чуть было не упал, зацепившись за удочки. - Не веришь - подъедем к этим камням. Я докажу, что попал, дурень ты!
Рывком весел он двинул шлюпку вперед. Завязалась борьба, сопровождавшаяся перебранкой. Видимо, до этого оба не раз прикладывались к фляжке.
Тощий дылда с пьяной настойчивостью порывался к острову, более трезвый толстяк отнимал у него весла, уговаривал сесть. Шлюпка раскачивалась, вертелась волчком. Течение подносило ее все ближе и ближе.
Медленно ведя за ней дуло автомата, Демин не спускал Франца с мушки. Да, так надо было сделать. Сначала его, потому что он вооружен. За ним другого...
Но когда шлюпка очутилась почти у берега, толстяку, наконец, удалось перехватить весла. Не оглядываясь, он погнал шлюпку быстрыми толчками назад к маяку.
Демин перевел дух.
Куда же все-таки метил Франц: в чайку, в ствол сосны, в приметный камень на вершине?
Хорошо еще, что не прошил очередью мину. Черной неблагодарностью отплатила бы она тогда за оказанное ей гостеприимство.
И вдруг справа от себя Демин услышал журчание.
Так и есть! Проклятый Франц попал, и спьяну совсем не туда, куда метил. Случайная пуля пробила аккумуляторы, и драгоценная жидкость - электролит вытекла.