— Сир, в войске я еще недавно… Но.., можно попросить вас об одном одолжении.., личном одолжении?

— О чем это ты?

— О моей семье, капитан.., о моей матери и двух сестрах. Они живут на ферме, на юго-западе, недалеко от Венки. Земля там неплодородная. Я попытался сберечь для них часть своего жалования. И.., если со мной что-то.., если будет сражение за Авиллиду, и я… Не могли бы вы потом доставить моим вот это?

Лакон протянул дрожащей рукой маленький матерчатый кошелек, в котором тихо позвякивали монеты. Хейвор сидел совершенно тихо, не принимая деньги. Доверие юноши потрясло, ошеломило его.

— Я знаю.., много требую… — добавил Лакон и убрал было руку назад.

— Лакон, — сказал Хейвор медленно, — откуда ты знаешь, что я не прикарманю эти деньги.., все равно, умрешь ты или останешься в живых?

— О, нет, капитан. Вы этого никогда бы не сделали. Хейвор слабо улыбнулся.

— У меня что, честность на лбу написана? — он взял кошелек и спрятал его. — Ну, ладно. Не волнуйся. Сохраню, пока наш король не возьмет Авиллиду. Тогда ты получишь его обратно и сможешь сам передать своей матери.

Лакон встал и серьезно сказал:

— Большое спасибо, капитан. Рядом с фермой проходит старая дорога…, а дом вы узнаете по высокой кривой сосне с западной стороны… — Затем он глубоко втянул воздух и, немного смущаясь, добавил:

— Теперь я буду спать спокойнее. Если вы не против.., там в низинке они жарят мясо, а я что-то вдруг проголодался… Странно, какими разными бывают страхи у людей! Чуть позднее Хейвор завернулся в одеяло и сонно глядел на огонь. Уже погружаясь в сон, он услышал вой волка, — где-то далеко-далеко в черных лесах-скелетах…первого волка зимы.

Кто-то тряс его за плечо.

— Капитан, встань! Будите ваших людей! Хейвор уставился в залитую лунным светом ночь. Ветер имел вкус дыма.