Тем временем на опушке замелькали фигуры. Фрицы, так сразу, опасались выскакивать на открытое пространство. Ну понятно - сначала поразглядывают нас в бинокли, прикинут, что к чему, перегруппируются, и только потом полезут. Минут пять было тихо, а потом от леса отделились человек пятьдесят и цепью, шустро порысили в нашу строну, все больше забирая вправо. Сухов передал бойцам, что огонь только по команде. Прямо как в кино! Типа - героические пограничники, встречают превосходящие силы врага, с выдержкой и отвагой. Я и ощущал себя как в кино, с интересом наблюдая за перемещениями немцев и приготовлениями наших. Страха до сих пор не было. Фрицы шли цепью, основной фронт которой приходился на развалины заставы. Блин! Да ведь они нас толком не видят! Дым-то в нашу сторону сносит, и туман еще стоит. А тот десяток бойцов, что скрылся в нашей стороне, для них опасности не представляет. Наверняка у них сейчас задача стоит - завладеть расположением заставы. И они ее выполняют, не отвлекаясь на посторонние движения. Ведь по их прикидкам - окопы, где мы сейчас торчим - должны быть пусты. Это если немцы о них вообще знают, потому как над окопами была натянута масксеть и с воздуха их обнаружить было проблематично.

Так, они все-таки решили проверить, куда делись уцелевшие пограничники, и от цепи, человек пятнадцать двинулись прямо на нас. В нашу сторону повернул и один пулеметчик из тех, что шли за наступающими. Вообще их было двое, потому что пулемет тащили два человека. Я толкнул в плечо стоящего рядом Юрчика

– Пулеметчиков надо валить первыми. А то нам станет совсем грустно.

– Завалим - тяжело выдохнул он, поудобнее устраиваясь на бруствере.

И чего Сухов медлит - нас же сейчас заметят. Только я это подумал, как старлей рявкнул: