Битый почтальон, задрав штанину, постучал себя по деревянной ниже колена ноге:

- Уже двадцать лет прошло, как я лишился ступни из-за травмы на скачках. Когда меня первый раз русские солдаты отвели к господину коменданту, он тоже моим словам не поверил и даже отвозил в советский госпиталь для проверки. Там врачи подтвердили, что ногу у меня отняли много лет назад и Гитлером (Гитлер капут) я быть не могу.

Марат, слушая монолог несостоявшегося фюрера, начал ржать. Серега тоже принялся кусать губы, а я сочувственно спросил:

- Слушай, дядя, а почему ты усы не сбреешь? Ведь из моды они, я так думаю, навсегда вышли. Да и зубов просто не хватит, такую гадость на лице носить!

Штеер трагически вздохнул и ответил:

- Господин комендант, после первого раза, тоже дал совет сбрить усы, но тогда будет видна моя заячья губа... Вот, сами посмотрите...

Тут уже и я не выдержал. Закатился так, что упав на капот джипа, начал дрыгать ногами. Солдаты сначала непонимающе смотрели на ржущих командиров, но Марат в двух словах объяснил им диспозицию. Тут уж ржать начали все, кроме Пузырькова. Не веря в такой ужасный облом, старшина помертвел физиономией, а потом непримиримо произнес:

- Я его все равно, в особый отдел доставлю! Может, этот фашист все врет...

Вытирая слезы, я кивнул неудачливому ловцу:

- Ты его лучше сразу, домой забирай - народу показывать будешь и перед девками хвастаться! А что, почти вылитый Гитлер, в натуральную величину!

Пузырьков обиженно насупился, но в этот момент в диалог вступил Серега. Приняв грозный вид, он встал перед почтальоном и выдал:

- Как полковник Красной Армии я вам приказываю: после посещения коменданта обрить голову налысо и отрастить усы, как... как у этого сержанта - в этом месте командир ткнул пальцем в бойца, обладающего шикарными буденовскими усами - Приказ понятен?

- Цум бефель, герр оберст!