Я сначала, когда только познакомился с командиром приписанных нам десантников, подумал что Андрюха кадровый военный. И лишь в процессе общения с удивлением понял, что он студент Бауманки, который плюнув на положенную старшекурсникам "броню", ушел добровольцем на фронт. Так этот парень, как в мое время говорилось, знает все: от Баха до Фейербаха и от Эдиты Пьехи до иди ты на...! И в армейской среде чувствует себя, как рыба в знакомом пруду. Мда, посмотрел бы я на то, что стало бы с Нечипоренко, назови он Андрюху "вшивым интеллигентом"...

А ведь Волков и стишками балуется и Гегеля в подлиннике прочесть да откомментировать может. Но все это только добавляет ему веса в глазах окружающих. Так что наверное, все исключительно от характера зависит...

Хотя, по большому счету, это не мое дело. Как шифровальщик Бибин, Мишку устраивает, а меня устраивает, как человек у которого всегда можно перехватить интересную книжку.

Вот и в этот раз, взяв у Семки "Звезду КЭЦ", я насвистывая пошел в наше расположение, предвкушая перечитывание хорошей вещи.

Только вот почитать так и не дали. Когда я уже собрался плюхнуться на широкую бюргерскую кровать, прибежал посыльный и доложил, что меня вызывают к начальству. Пришлось отложить книгу и одев портупею, топать к Гусеву.

Когда зашел к полковнику, Серега задумчиво курил разглядывая немецкую крупномасштабную карту Кенигсберга, разложенную на столе. Увидев ее, я сразу сказал:

- Даже не думай. Там все гаштеты наверняка тоже закрыты, а разглядывать кирхи и дома похожие на казармы у меня никакого желания нет.

Не обратив на эту реплику никакого внимания, командир буркнул:

- Садись и не трынди. Мне сейчас звонил Колычев. В общем, Илья, у нас крупный прокол. Этот город - собеседник ткнул в карту - захвачен уже тринадцать дней назад, а вот сведения которые должны были проверить и доставить мы, я узнаю из Москвы...