Правда, прикинув исчезающе-малую вероятность данной встречи, я несколько взбодрился и ответил:

– Хороший лозунг. Несколько туманный, но зато дает простор воображению. Еще что-нибудь особо страшное есть?

– Нет. На этом вся мистика заканчивается. Остается боевая проза. Поэтому завтра берешь людей, машину и едешь в Кенигсберг. Там, в комендатуре, найдешь старшего лейтенанта Одинцова из особого отдела. Он будет вас сопровождать. Идете по-боевому. Ночами в городе еще перестрелки бывают.

– Я-то, пойду. Только непонятны дальнейшие действия по прибытию. Созерцание руин королевского дворца? Что мы там делать должны? Или ты думаешь, что мы этих "школьников" отловить сумеем? Вместе со всеми директорами и завучами?

– Нет, но генерал-полковник сказал, что ОЧЕНЬ сильно рассчитывает на твою везучесть и умение находить выход из самых непростых ситуаций. Ведь именно из-за этого тебя вообще на фронт и отпустили. Поэтому сейчас предполагается, что ты хоть что-нибудь нароешь. Вон, как в случае с покушением на Черняховского получилось...

Мда... я уже давно заметил, что Лисова используют как "заячью лапку". Только зря Серега про Черняховского вспомнил. Там я рыл совершенно в другом направлении и если бы не МУРовцы, то в конце концов начал бы катить бочку на самого Жукова. А упорный Третьяков, прицепившийся к совершенной мелочи, на которую я и внимания не обратил, размотал это дело почти до конца.

Через Розу Фильдман, сделавшую снимок, он вышел на ее любовника из НКИДа

Зато сейчас "СМЕРШ" и ГУГБ НКВД

Говорю "скорее всего" потому, что эту сволочь взять так и не получилось. Видно почуяв слежку, шпионка просто исчезла. Жалко, что подробностей всей этой раскрутки мне никто не рассказывал, только Гусев, после поездки в Москву поделился известными ему сведениями.

После этих известий, личный счет к союзничкам приобрел глобальные размеры.