— Так точно, ваше превосходительство.

— Хорошо. Теперь второе. Вы сами или кто-нибудь из ваших ближайших помощников должен, скажем, на следующей неделе переговорить с каждым из кандидатов в заговорщики, числящихся в вашем списке. С каждым в отдельности. Дать им всем понять, что вы в курсе замыслов Умберто Делгадо. Постарайтесь организовать встречи на нейтральной почве — где-нибудь в кафе, ресторане. Я думаю, они сделают правильный вывод из такого разговора. Делгадо, получив отказ от тех, кого надеялся сделать своими сообщниками, почувствует, что оказался на мели.

— Тогда мы можем сразу же арестовать его, предъявив обвинение в государственной измене.

— Ни в коем случае. После бесед, проведенных вашими людьми, человек, который, как вы утверждаете, пользуется доверием Делгадо, должен внушить ему мысль о необходимости как можно скорее выехать из страны. Надежды получить официальное разрешение на заграничную поездку для Делгадо равны нулю. У него останется единственный путь — попросить убежища в одном из иностранных посольств. Все это время вы будете вести за ним тщательное наблюдение, и когда он дозреет, не станете чинить ему препятствий в получении политического убежища. Понятно?

— Так точно, ваше превосходительство. Можно лишь задать один вопрос? Почему мы сейчас не арестуем его за попытку организации заговора против законного правительства?

— Директор, директор, — Салазар даже сочувственно вздохнул. — Зачем же действовать так прямолинейно, я бы даже сказал, топорно. Задерживать, арестовывать. Это идти по самому легкому, но в данном случае примитивному пути. Нам важно не арестовать его, а дискредитировать в глазах его же почитателей. Понимаете, дискредитировать. Вы согласны со мной?

За минувшие десятилетия еще не было ни одного случая, чтобы кто-нибудь на подобный вопрос, находясь в кабинете Салазара, осмелился ответить: «Нет, ваше превосходительство премьер-министр, я с вами не согласен».