- Я вам не помешаю?
- Нет... мавр флорестийский, - отвечает наглый оккупант. Еще и издевается.
- Ну что ты, солнышко? - Паула улыбается через силу. - Тебя не слишком замучили?
- Нет. Вверенная мне команда пиратского брига подкрепляется и принимает ванну при помощи рабынь. Мне приказано разведать обстановку и доложить...
Нет, думает через полчаса Алваро. Это я докладывать, особенно Франческо-младшему, не стану. Потому что Антонио до сих пор не нашелся и уже вовсю отрабатывается версия похищения. Это, пожалуй, должна делать мать, а не я. Она знает, что и как сказать. А я мирно почитаю Пьеро обещанное из книжки - и спать, спать. Им спать, конечно.
А вообще, убирать их отсюда нужно, обоих. Куда-нибудь, где интересно, безопасно и где они по окружающим ничего не поймут. А то здесь они сами загнутся и Паулу заездят. И я даже знаю, куда.
Зайти. Потратить полтора часа на демонстрацию добытой у безопасников в шкафу книги. Переключить сначала Пьеро с любимых маньяков на самое громкое ограбление века, на Лионский банк. Устроить увлекательную игру "а теперь давайте догадаемся, как все было сделано", благо с ним в такую некогда играл синьор Эулалио. Потом заставить младшего Франческо шевелить мозгами и опережать следователей - и даже развеселиться под конец.
Забавные дети. Если их спросить, кем они хотят быть, Пьеро сходу выпалит "журналистом!", и, кажется, правильно видит свое место в жизни. Антонио-младший слегка усмехнется - "наследником, кем же еще?". Младший Франческо уставится в туманные дали в поисках ответа.
И все трое на самом деле хотят быть. Быть - это как мама и папа, как дядя Франческо, как дядя Рауль, как дедушка, как двоюродная бабушка, которую убили на рабочем месте, как все, кого они знают. Они вообще не представляют себе, что можно иначе. Не знают, что жить, как хочется, что заниматься любимым делом, что стоять за свое, даже с риском проиграть, для многих - роскошь, а для большинства - нечто вообще непредставимое. Ему, Алваро - теперь-то это яснее ясного - чтобы выскочить из колеса, потребовалось сойти с ума.