- Слушайте, Гомес, - говорит Кейс, - что у вас здесь пьют? Ведь что-то же пьют?

- Канью пьют.

- Это тростниковый самогон?

- Ну, лучше... а так-то пьют, что сами выгонят или что привезут. Но у меня канья есть. - Вот, иногда он даже все правильно понимает. А весь анализ, характеристику и прочее я ему набью потом, когда согреюсь и просохну. И - на всякий случай - нужно проверить почту. Деревня, как ни странно, находится в зоне одной из компаний сотовой связи. Телефон работает - на одну черточку, но работает, значит, и до почты доберемся. Медленно и печально. Вряд ли там хоть одно письмо, но - мало ли, мало ли...

И во Флориду доложить, что помощь местным органам правопорядка оказана, дело оформляется - и специалисту на плоскогорье больше делать нечего. Если начать зудеть сегодня, за неделю можно и выбраться.

- А как вы догадались... про счет? - интересно ему.

- Про болезнь в формуляре есть. В том самом, что вы мне дали. А счет... вон, на стене посмотрите. Он сначала свою добычу в столбик считал, грифелем. Потом цифры поплыли. А потом он стал зарубки делать. Ваши не заметили - дурачок и дурачок, какая разница, насколько не дотягивает. А для него это, наверное, конец света. - Кейс мотает головой, стряхивает воду на вещественные доказательства. - Идемте к вам, тащите вашу канью - а я вам за нее рапорт напишу и план оперативного мероприятия.

Письмо выкачивается сравнительно быстро - и Кейс долго расписывает лейтенанту Гомесу, какие редкостные кретины водятся в столице, особенно, в корпорации. Буйвол, конечно, компьютер видал только в чужих руках - и все тонкости переписки при крайне дурной связи с использованием шифрования и ключей ему непонятны. Но объяснить можно все. Сейчас, когда жарко и сухо, и в желудке плещется почти целая бутылка - можно вообще все.

- Ну представьте, вот ливень, как сейчас, связи почти нет, а вам звонит какой-нибудь другой деревенский полицейский... и начинает передавать шифровку кодом, даже не спросив, знаете вы его или нет. Дебил, а? Вместо чтоб сказать по делу и быстро, что надо...