На определенном уровне Шихан чувствовал наше присутствие: его взгляд двигался за Колдвудом, присевшим на корточки, чтобы лучше рассмотреть какую-то интересную деталь. Однако Лесли будто примерз к месту, и даже если испытывал желание передвинуться, не мог ни выразить его, ни воплотить.

Сержант показал на жгут, повязанный вокруг предплечья Шихана.

— Он кололся, — раздраженно проговорил Колдвуд. — Ублюдок накачался героином! Господи, ну разве нельзя было немного подождать с передозом?

— Мне сначала тоже так казалось, но если подойдете сзади, думаю, ваш диагноз изменится.

Колдвуд одарил меня еще одним выразительным взглядом, но совету все-таки последовал и с любопытством взглянул на затылок Шихана, точнее, на место, где он когда-то был, а сейчас практически отсутствовал. Как только сержант исчез из виду, призрак Лесли Шихана утратил к нему интерес: он поднял руки и смотрел на них в полном замешательстве, будто вспоминая, куда дел ключи от машины.

— Вы, конечно, эксперт, но осмелюсь предположить, что пистолет приставили к виску над ухом, и пуля прошла немного под углом. Если бы стреляли сзади, выходное отверстие оказалось бы на лице.

— Пули не было, а пистолет использовали не обычный, а пневматический с ударным выдвигающимся стержнем, как на скотобойне… Видите, левая сторона черепа примята, кости почти все в ране. Пулевое ранение выглядит иначе. Эй, если наблюешь, такое взыскание наложу — вовек не забудешь!

Последняя фраза адресовалась не мне, а копу, который и раньше казался слегка нездоров. С места, где он стоял, открывался прекрасный обзор на весьма деликатные части тела Шихана — те, что по идее должны прикрываться черепной коробкой. Судя по всему, зрелище копу не нравилось: дождавшись кивка Колдвуда, он бросился к двери.

Отпустив беднягу, сержант сосредоточился на мне.

— Где тело? — потребовал он. — В смысле, материальное? Где нам его искать?