- Он не отвечает на команды, но лампочка горит.

Во лбу Тора светился красный сигнальный огонек: он зажигался, когда робот был занят решением задачи. Это новое усовершенствование позволяло проверить, не лишился ли робот рассудка. Если бы огонек мигал, это означало бы, что нужно кое о чем позаботиться - приготовить свежую порцию цемента, чтобы устроить могилу для обезумевшего робота.

- Тор, что ты делаешь? - обратился к нему Ван Дамм.

Робот не ответил.

- Да, что-то произошло, - Харнаан нахмурился. - Интересно, что это такое?

- Любопытно, что навело его на эту мысль, - сказал инженер аварийной службы. - Наверняка какие-то недавние события. Может, он занимается усовершенствованием процесса производства заменителя железа?

- Возможно. Гм-гм...

Несколько минут они смотрели, как трудится робот, но ни о чем не могли догадаться. В конце концов, вернувшись в кабинет Харнаана, они выпили по рюмке, рассуждая о том, что мог затеять Тор. Ван Дамм стоял на своем, считая, что это, вероятно, усовершенствование процесса производства заменителя железа, а Харнаан не соглашался с ним, но не мог придумать ничего более правдоподобного.

Они все еще спорили, когда увидели в телевизоре, что в подвальном помещении произошел взрыв.

- Атомная энергия! - одним прыжком вскочив с дивана, крикнул Харнаан. Он бросился к лифту; Ван Дамм поспешил за ним. В подвале кучка людей собралась у двери в мастерскую Тора.

Харнаан пробился к ней и, переступив порог, вошел в облако цементной пыли. Когда оно рассеялось, он увидел у своих ног разбросанные куски сплава. Это были остатки Тора. Робота, по-видимому, уже нельзя было отремонтировать.

- Забавно, - пробормотал Харнаан. - Взрыв был не очень сильный. Но если он разрушил Тора, то должен был разрушить и весь завод, во всяком случае подвал. Ведь дюралой почти расплавился.