Черный Пес выделил слово «твою», подчеркивая тем самым, что его, Черного Пса, задачи намного шире. Иван Иванович воспринял последнюю фразу с заметным облегчением: с него снималась изрядная доля ответственности, и он это мог только приветствовать.

— Я готов приступить к выполнению задания! — сказал резидент.

* * *(Пансионат «Полярный круг». Мурманская область, октябрь 1998 года)

— И сколько нам ждать? — подзуживал советник Маканин полковника Зартайского.

Тот глубокомысленно морщил лоб, пожевывал тонкими бледными губами, но ничего не отвечал.

Маканин подмигнул Фокину и продолжил измывательство:

— А если «два» в «гору» записать?

— Будете перемигиваться, я вам «четыре» в «гору» запишу. Каждому! — пообещал Зартайский сердито. — Девять бубей! — объявил он наконец.

— Ого! — Маканин заглянул в свои карты. — Круто берешь, полковник.

— Беру, как умею.

— Тогда пас.

Они посмотрели на Фокина. Лейтенант ФСБ Владимир Фокин хитровато улыбнулся.

— Падаю, — проинформировал он партнеров по игре.

Зартайский разочарованно крякнул.

— Вот так всегда, — заворчал он. — Только начнет фартить…

С выражением сильнейшей досады на лице он швырнул свою часть колоды на стол — карты легли веером. Маканин же заметно оживился и потер руки.

— Еще не всё потеряно, полковник, — приободрил он. — Сейчас мы опустим этого молодого наглеца.

— По этому поводу есть изумительный анекдот, — сообщил Фокин. — Из фольклора преферансистов. Рассказать?

— Прикуп вскрывай, — потребовал Маканин сурово.

— Пожалуйста.

— Чтоб тебе два туза выпало! — в сердцах пожелал Фокину расстроенный Зартайский.