Наверное, они действительно были богаче тех, мимо остатков которых мы только что прошли - тем понятнее, почему они хуже сохранились. Воины Нандува наверняка встретили на Кьядроге более сильное сопротивление во время разграбления города, и пожары здесь, где сосредоточивались многочисленные склады заморских товаров, могли быть особенно яростными и беспощадными даже по отношению к мертвым камням - ведь обитатели этих домов понимали, что пощады им ждать не приходится, и предпочитали скорее сгореть вместе со всем нажитым добром, чем отдаться на милость завоевателя. И потому кругом были развалины - гораздо большие развалины, чем те, мимо которых мы шли от Южных ворот.

Но даже на фоне этих развалин выделялось своей пустотой место на противоположной стороне Кьядрога, где должен был стоять девятнадцатый дом. Дом Менара. Правитель Кьерр от имени богов наложил на это место проклятье, повелев ему навеки оставаться пустынным - и вот через много столетий проклятье это продолжало действовать. Из всех деяний человеческих проклятия, наверное, самые живучие.

- Ну что, пойдем? - спросил Вернел, тронув меня за локоть. Я даже вздрогнул от неожиданности, вернувшись в наш реальный мир - настолько зримо вдруг предстал передо мною Кьядрог, каким он мог быть в древности.

- Пойдем.

Если у меня и возникли мысли задержаться на площади, они быстро исчезли - настолько жарко стало вокруг, едва мы покинули спасительную тень. К тому же я еще не акклиматизировался, да и выпил с утра, наверное, не меньше литра воды под осуждающим взглядом Вернела. Я понимал его правоту, когда он не советовал слишком много пить, но сдержаться не мог, и теперь эта вода выходила с потом, не принося, однако, никакого облегчения, а тот жуткий раскаленный автобус, что вез меня три дня назад от Эглади, по сравнению со здешним пеклом показался бы райским местом.

- И как только вы здесь еще работаете? - спросил я, вытирая пот со лба, когда мы снова оказались в тени.