Что здесь может касаться меня, ворчливо думает Габриэла, третий раз запуская просмотр записи. Печатной расшифровки нет, субтитров тоже. Запись делал младой Васкес - как мог, так и делал. Четыре камеры фиксируют четыре ракурса, неплохо. Но звук - сущая каша: одинокий секторный микрофон, от большого ума водруженный в центр стола. Юноша мог бы и проконсультироваться, как это все пишется, чтоб потом не приходилось выуживать реплики из каши голосов и посторонних звуков. Что изображение нужно брать по направлениям, он понял, а что звук это тоже волна, в школе не учил, прогулял.

И почему я должна возиться с этим бессмысленным дилетантизмом? Есть же нормальная запись с камер безопасности, черно-белая, конечно, но тем и хороша - в цвете я их всех уже видела. Точно есть, как не быть, я утром в аппаратную заходила поздороваться, и как раз на одном из мониторов это совещание и танцевало, Грозного ругали, по-моему. Потом нужно будет взять и сравнить.

Но черт с ним, с качеством записи, Франческо просил посмотреть именно эту, а разобрать можно. Очередной бедлам вместо рабочего совещания - ну и какое он имеет отношение к внутренней безопасности рестийского филиала?..

Единственное, что вычленяемо - мощности. На машинах аналитического отдела господин иезуит или бывший иезуит, если они бывают бывшими, не человек, а сплошная тавтология - так вот на машинах своего отдела он мог бы считать эту треклятую лексику до второго пришествия. Значит, он делал это не у себя, а в другом месте.

Ну с этим разобраться легко. Выясняем, кто у нас вообще может обрабатывать такие массивы - и у кого есть доступ. Картина складывается минут за десять. Простая и такая красивая, что даже зубы ноют, как от родниковой воды.

Метеорологический отдел давно прикидывал, что им не хватает техники, а после ввода новой спутниковой системы наступит общая погибель.