В ателье - мертвая тишина. Пятница. Завтра будет новый день, новая работа, новые лица. Сегодня народ спешит по домам все, кроме нее...

- Ренат! Тебя подкинуть? - и Маргарита - туда же. Ей некогда думать о прошлом и о будущем: Рита живет сегодняшним, кипучим, днем.

Рената покачала головой. Марго знает ее "задвиги" и не пристает с уговорами.

Как тихо, боже мой!

Закатное солнце пробралось через стекло витрины вовнутрь, и, словно игриво настроенный пес, его пыльно-золотистый луч пополз к ногам Ренаты. Именно в такое время вспоминается детство и хочется раствориться в этом луче, в своем безоблачном прошлом...

В детстве она всегда ощущала, что ТАМ что-то есть. Бабушка выводила ее на прогулку, как сейчас нянька выводит в парк Сашкина. И маленькая рената воспринимала этот парк, как огромную вселенную. Нет, Саша чувствует себя иначе, она уверена. Душа его не понятна ей, но Рената точно знает, когда сыну хорошо, а когда плохо.

Здесь, в Ростове, нет парка ее детства с побеленной кирпичной стеной, на которую однажды брызнули мазутом и оставили черное пятно в виде летящей птицы и пингвина. Нет и осушенного котлована пруда, с краев которого зимой можно было скатываться на санках, а летом - воображать себя в кратере Луны и почему-то представлять в фантазиях пирамиды, никогда не пережитые обрывочные эпизоды полусказочных историй, чувствовать какую-то ниточку, тонкую и хрупкую, протянутую ей из глубины веков... нет в этом чужом городе Саша не может чувствовать что-то подобное. Для этого надо вернуться в город детства Ренаты...

Сколько уже раз ей снилось, что она возвращается в Челябинск, ищет свой дом, находит, прижимается к холодному камню, плачет, задыхается от горького плача - и просыпается в слезах. Сашкина лишили этого города...

Забыть, нужно это забыть! Жить иллюзиями нельзя! Челябинск тоже не был сказочной Фата-морганой, которой "гипнотизировал" её ОН... Однако это была родина Ренаты, там родился и ОН - чьё имя произносилось ею по-другому, только при обращении к сыну... Все думали, что малыша назвали в честь деда, ее отца; в курсе были только двое - самые близкие Ренате люди.