— Метан и сероводород должны смешаться с чем-то у них в кишках, чтобы получился такой жидкий огонь, — прокомментировала женщина у пульта управления голографическим проектором, больше заинтригованная, чем испуганная. — А еще они выдыхают антилазерный аэрозоль.

Очередные образцы генетически смоделированных чудовищ противника, тридцатиметровые в высоту огнедышащие, не столько шли, сколько плыли над местностью, словно слабо привязанные летательные шары, сжигая всех и вся на своем пути.

Лея почти чувствовала запах бойни.

— Чем бы они ни были, у них толстая кожа, — заметил связной. — Их возьмешь только турболазером.

Не имея возможности замедлить продвижение смертоносных дирижаблей, соединения Гиндина покидали укрепленные позиции и толпами отступали к городу. Повсюду были разбросаны почерневшие от огня различные модели дроидов-танков, старые лоронарские передвижные турболазеры, даже пара АТВ, перевернутых, обезглавленных, поваленных на землю с растянутыми в разные стороны ногами.

— Они отступают! — резко возмутилась Лея. — Кто отдал приказ отступать?

В момент, когда Лея закончила говорить, она пожалела, что произнесла эти слова. Офицеры, которые не стали пристально ее рассматривать, в смущении стали изучать свои руки. Разве могла она винить войска за отступление, когда это было именно то, что силы Новой Республики были вынуждены делать с самого начала вторжения — отступать к Центральным мирам, как будто плотность звездных систем там давала защиту? Кто теперь мог сказать, какой поступок был объективным, а какой позорным?

Без единого слова выйдя из бункера, Лея нашла дожидавшегося ее Ц-3ПО, который весь трясся от страха.

— Госпожа Лея, до меня дошли очень огорчительные новости!

Лея едва могла расслышать его слова. За несколько минут, что она провела в бункере, битва придвинулась к окраинам столицы. Толпа стала еще больше возбуждена, напирая вперед и в стороны. Сквозь просвет в силуэте города Лея, казалось, видела прыгающую фигуру йуужань-вонгского огнедышащего.