В отдалении послышались первые раскаты грома... порывистый ветер промчался над танцевальной площадкой... Тяжелые синие и черные тучи быстро сходились вместе - прямо у них над головами. Старые липы за кирпичной стеной раскачивались и шумели темными кронами. Упали первые крупные капли. В воздухе сразу посвежело, повеселело.
- Сюда! сюда, Перуне! - закричал дядя Руслана, переходя из затяжной обороны в решительное наступление.
Молния с оглушительным громом расколола небо, как чашку, ветвистыми трещинами разбежалась в разные концы. При мгновенной вспышке Руслану почудились в грозовой туче неясные очертания гигантского всадника с приподнятой шипастой палицей в руках... широкие круглые лошадиные копыта, подкованные ветром, были занесены над ними...
Чудовище заколебалось... отступило на шаг, заслоняя глаза волосатыми руками... Огненные стрелы посыпались из низкой тучи, вонзаясь в землю и впиваясь в тело чудовища... запахло паленой шерстью... Взревев на тысячу голосов, чудовище пало на четвереньки, взбрыкнуло задними копытами и провалилось в разверзшуюся под ним бездну. Сверху зашелестело, посыпало проливной дождь встал сплошной стеной.
- Проклятие! - заверещал толстяк и, вспыхнув ворохом голубых искр, исчез вместе со своим посохом.
- Мы еще встретимся! - пообещал Сергей Николаевич и последовал за толстяком.
- Благодарю тебя, Перуне! - крикнул дядя вслед удаляющейся грозовой туче. - С тобой все в порядке? - спросил он у Руслана.
Дрожа от волнения, Руслан только и сумел кивнуть головой. Под дождем его рубашка промокла насквозь. Он стоял, обняв себя за плечи, и изо всех сил старался не лязгать зубами.