Аркадий Львович припарковал машину возле сваренного из чугунных прутьев забора – такими после Беслана всюду огородили территорию школ и детсадов, как бы защита от террористов. Мы в одиннадцатом классе соревновались, кто быстрее перелезет. Чемпионом был Сашка Ломовцев, одиннадцать секунд, по секундомеру сверяли. А у меня, увы, получалось только за сорок три. Что поделать – не супермен, как занялся лыжами в шестом классе, так в восьмом и забросил.
– Ну что, Андрей, тут позагораете или сходите со мной? Я надеюсь, там недолго…
Торчать в машине, да еще по такой жаре, мне никак не улыбалось, и я, конечно, напросился с Львовичем.
Сквозь узенькую калитку в заборе мы вошли на территорию. Не сказать, чтобы тут было безлюдно. Экзамены, конечно, кончились, но завтра – выпускной, мелкие тусуются по всяким разным делам, тетки какие-то снуют – то ли учителя, то ли из родительского комитета. Ну и плюс ремонт. Туда-сюда детишки ходят с носилками, хлам с места на место переносят, стулья таскают, красят бордюры. Судя по виду, девятый класс, то есть те, кого в десятый взяли. Типа отрабатывают. Я им даже позавидовал – вот ведь у людей какая простая жизнь, никаких тебе доцентов Фроловых, никаких уголовных Жор, таинственных авторитетов с поместьем в Тюменской области… Вот сейчас они посачкуют, их распустят по домам – и рванут они по пиву, а потом толпой куда-нибудь на пляж…
Аркадий Львович уверенно вошел в здание, на вопрос толстого охранника: «Куда идем-с?» – небрежно ответил: «К Сергею Николаичу, с бумагами от Мокрухина». И, указав на меня, произнес начальственным тоном: «Это мой стажер».
Не сбавляя скорости, Львович повернул направо и сунулся в канцелярию к директору. «Подождите здесь», – бросил он и скрылся за дверью.
Пришлось подпирать стенку. Ничего мне тут не было интересно, и я никому интересен не был. Будущие десятиклассники лениво таскали куда-то парты, страдая от жары и скуки. Охранник, расстегнувший форменную ментовскую рубашку едва ли не до пупа, корпел над газетой с кроссвордом. Остро пахло масляной краской и опилками.