Да. Без сомнения.

Какого же черта долбаный священник попался на дороге именно сегодня, когда все уже сделано, капкан для него расставлен и хочется просто проехать по городу, в котором неизвестно еще, когда придется побывать снова?

Случайная встреча с любой другой жертвой ничуть не обеспокоила бы. Но этот, отец Алексий, теперь его зовут так, «любым» пока что не стал. Вот сдохнет, тогда — да, тогда все будет в порядке.

И все-таки, почему он? Может, дело и вправду в «Черном Ритуале»?

Магистр хочет подгрести секту под себя, а смерть священника как нельзя лучше отвечает этой задаче. Подорвать авторитет верхушки… Подростки обожают «настоящие» дела. Гонять кошек по кладбищам, переворачивать кресты и пугать богомольных старушек — это все, конечно, весело. Им наверняка нравится. Ничего большего командование делать не позволяет, но мальчики-девочки и не рвутся. Потому что знать не знают, как оно бывает на самом деле.

Узнают. Скоро. Уже завтра. И это им понравится намного больше. А те, кто заправляет сектой, наоборот, проявят себя не с лучшей стороны. Люди нежные, чувствительные, с тонкой душевной организацией — испугаются они, когда настоящий Ритуал увидят. Даже если не захотят бояться — испугаются. Потеряют и лицо, и чувство собственного достоинства, и жизнь, если будет на то приказ магистра.

Весело.

Отец же Алексий, один из тех немногих христиан, которые чтят не букву, а дух Божьего закона, слишком хорошо зарекомендовал себя. Он приобрел известность как в кругах набожных горожан, так и среди местных сатанистов, и его смерть произведет нужное впечатление. Хотя, по чести сказать, на ритуаловцев произвела бы впечатление любая смерть. Точнее, любое убийство. Нечасто убивали кого-то в нынешнее благополучное время. Но, конечно, священник — это более надежно. И более ценно.