— Как ты выглядишь с распущенной косой, — голос Дориана раздался у самого уха, и я невольно вздрогнула, чувствуя, как сладко замерло в груди.

— И только? — я негромко рассмеялась, наслаждаясь происходящими со мной переменами, словно внутри распрямилась невидимая пружина. Даже дышать стало легче как-то.

Господи, как же давно не ощущала себя просто женщиной!

— Ну, и всё остальное тоже, конечно, — его губы нежно коснулись шеи, и у меня вырвался вздох — как он угадал, что там у меня очень чувствительная кожа? — Но какое-то время я пытался избавиться от подобных мыслей, особенно учитывая твоё колючее поведение.

Разобравшись с косой, его пальцы коснулись маленьких пуговичек на платье, быстро справившись с ними.

— Ты точно не передумаешь, Ники? — тихо шепнул Дориан, положив ладони мне на плечи.

Передумаю? Да если бы и хотела, не смогла — по жилам разливался огонь, а от одной только мысли о том, что очень скоро окажусь в этой большой кровати, начинала кружиться голова. Издав хрипловатый смешок, я повернула к нему голову.

— Я, конечно, трусиха, но не настолько, чтобы убегать из спальни мужчины, когда он меня почти раздел.

Платье мягко скользнуло на пол, и на мне осталась только тонкая нижняя рубашка — как же обрадовало, что здесь женщины не носили дурацких корсетов и кринолинов! Очень знаете ли удобно, в определённых случаях. Не помню, как мы добрались до кровати, и где-то там по пути осталась лежать одежда. Когда мои ладони коснулись крепких мышц на груди и плечах Дориана, я восхищённо вздохнула: многие мужчины в моём мире многое отдали бы за такое тренированное тело.

Очень скоро я убедилась, что он не только отлично целуется, но и всё остальное делает очень даже хорошо. Господи, ну не бывает таких идеальных мужчин!..