— Ладно, диктуй…

Около одиннадцати утра начальник уголовного розыска вызвал к себе двух оперов — Сергея Кравцова и Василия Доценко. Доценко был розыскник, пропавшие без вести числились по его части. Кравцов работал в «убойном» подразделении.

Начальник обрисовал ситуацию и подытожил:

— Надо сгонять в село, определиться, что там к чему. Следственно-оперативную группу пока не посылаем, потому что труп не найден и не известно, преступление это или нет.

«Уазик» пробивался к цели несколько часов, то и дело застревая в рыхлой колее. Поселок встретил прибывших тишиной и безлюдьем, дома едва чернели из-под тяжелых снежных шапок. По зимнему времени уже начали сгущаться ранние сумерки.

Участковый и поселковый глава дожидались в одноэтажном нетопленном бараке местной администрации. Выяснилось следующее. Бабуся, которую в поселке все попросту величали Даниловной, шибко конфликтовала со своим зятем, мужиком пьющим и вздорным. В последнее время ссоры участились, и Даниловна жаловалась приятельницам, что зять хочет сжить ее со свету, чтобы завладеть усадьбой. Сам-то он с дочерью Даниловны давно отселился на окраину во времянку, потому что не ладил с тещей. По свидетельству соседей, накануне вечером к Даниловне приходил зять, и из дома снова доносилась ругань. А пару часов спустя соседка сунулась к старухе по какой-то надобности и обнаружила, что дверь не заперта, печь с полувыкипевшей кастрюлей топится, на столе нарезанные овощи для щей, а самой Даниловны нет. Причем, зимняя ее одежда так и осталась на вешалке.

Осмотр дома и усадьбы ничего существенного не добавил. Судя по заносимым снегом следам, участковый с местными мужиками перелопатили участок на совесть, но трупа не обнаружили.

— Чертов снегопад! — ругнулся Доценко.

Кравцов пожал плечами.

— Давай по новой копать.

Они еще раз перерыли снег в усадьбе и окрестностях, облазили каждый угол дома и надворных построек. Но старуха будто в воду канула.