Хей-Тиррип пригласил меня на совещание, где должны были сойтись особо заинтересованные представители Собрания. Он настаивал на том, чтобы я пришел, хотя бы в качестве наблюдателя, и я в конце концов согласился. Совещание состоялось в одном из залов Дворца Собраний, и те, кто пришли, действительно имели большее или меньшее политическое влияние. Они сели в круг, я — немного в стороне, решив пока не вмешиваться.

Довольно долго они по очереди вспоминали прошлые «грехи» Кам-Хейнаки. Раньше мне не казалось, что их настолько много, как это начало всплывать сейчас.

Трем-Чагун вспомнил о том, как Хейн в свое время прошелся по крупным предприятиям, без лишних слов разогнал половину владельцев и поставил на их места своих людей, среди которых немало происходило из так называемых «мафиозных структур». Как можно было такое допускать, мало того, что это нарушение всяких прав и полный произвол, так ко всему — кого он нашел на замену! (Потом оказалось, что те предприятия стали работать намного лучше, и еще Кам-Хейнаки говорил, что эти самые его люди так или иначе будут вести свою деятельность, так пускай делают это открыто на виду у всех, но ведь факт от этого не меняется!).

Киг-Айтрени припомнил, как нехорошо Кам-Хейнаки обошелся с экспертом по межпланетным связям. Тот оказал немалую помощь при вступлении Хайлама в Галактический Союз, а диктатор после всего вышвырнул его без единого знака благодарности. Как он потом говорил, ему нужен был эксперт для установления связей с Укентрой, а тот, кроме этого, начал еще подмазываться к Огро и даже к Маймре, и Хейн этого не стерпел — Хайлам по его планам должен был занять совершенно определенную позицию, а не стремиться угодить сразу всем. Может, это и так, но разве это его оправдывает?

Хей-Тиррип заговорил о том, как однажды Кам-Хейнаки, глянув на сумму, которая должна была пойти на финансирование государственных учреждений, просто взял и зачеркнул в ней один нуль. Потом он распределил то, что вылилось из этого «нуля» между средствами на развитие транспортной системы и поддержку научных организаций, в особенности тех, что занимаются эргонными исследованиями. Разве имеет право один человек одним росчерком решать то, что разрабатывалось целой группой экспертов?