Ее любовь к Косте напоминала укус именно такого москита, была раной, которая не могла зарубцеваться целый год.

 Прошла, казалось, целая вечность, прежде, чем они смогли разомкнуть объятия.

 - Костенька, как же я скучала! - прошептала Ира, выплывая из розового океана наружу.

 В настоящем тоже было не так плохо. Трещала цикадами тропическая ночь. С бульвара Франсиско Морасан доносились негромкие отзвуки веселой музыки.

 - Нам надо поговорить, - произнес Костя.

 - Давай поговорим.

 - Не здесь, - отрезал ее любимый человек.

 Они направились на бульвар, и по пути Костя объяснил, что в Латинской Америке отели такого класса непременно оборудованы прослушкой. В условиях почти двухсотлетней гражданской войны это - вполне адекватная мера. А болтать лишнее, пускай даже и по-русски, в номере не стоит. Всегда найдутся охотники расшифровать.

 Веселая музыка доносилась из уличной кафешки, озаренной огнями и неоновыми вспышками. Ира и Костя расположились за круглым деревянным столом. Когда к ним подошел официант в смешной и почему-то зеленой мексиканской шляпе, Костя заказал фахито с рисом, Ира остановила свой выбор на легких энчиладас - трубочках с сыром и помидорами. Решили выпить за встречу немного текилы.

 - Скоро мы сможем быть вместе, - сказал Костя.

 Сердце подпрыгнуло в груди.

 - Вместе, - повторил Костя. - И навсегда.

 - Неужели мое задание подходит к концу? - спросила Ира.

 - Да. Когда ты вернешься, твоя операция переходит в Фазу-2.

 Ира не знала, радоваться ей или сокрушаться. Она привыкла к разлуке и сладкой грусти, свыклась с их присутствием в своей жизни. А теперь вдруг выясняется, что разлуке приходит конец.

 Так всегда бывает, когда достигаешь цели. Только что тобой двигало желание, стремление взять свое любой ценой. И вот - в душе вдруг поселяется пустота.