- Нет, только самбо.

- Тоже сойдет. Вот идеал нашей работы. Схватка серьезных хищников, достойных противников, борьба противоположностей, непримиримая борьба, потому что всем нужно одно - почетная победа.

Я ласково улыбнулся, занял боксерскую стойку и сделал ложный выпад в сторону капитанской физиономии. Он дернул наверх руки и тут я влепил своей левой ему под дых, в нервный узел. В треть силы, конечно. Но у него перехватило дыхание и рожа скукожилась. Я улыбнулся еще нежнее.

- Вот так, примерно. Подобная шутка за вами. Надеюсь, будем друзьями, перейдем на "ты". Ну, согласен, Андрей?

Я протянул руку. Он с помощью глубокого вздоха расправил смятое лицо, и мгновение помедлив, протянул свою. В момент пожатия его ладонь перешла на захват. Затуллин сноровисто вывернул мою руку и оказался у меня за спиной. Пришлось мне ткнуть его локтем в ливер, чтобы кончил "шутить". На этом поединок прекратился - и вроде бы Затуллин остался собой доволен.

Из курилки я отправился собрать вещички в свою комнату. В нашу, - я по-прежнему делил служебную площадь с Пашей Коссовским. На его половине, несмотря на позднее время, присутствовала "клиентка".

Бабенка годам к тридцати. Глаза, нос, уши, волосы и прочие детали выдавали семитское происхождение - мне такие женские наружности никогда не были в кайф - я любитель арийских черт лица и белокурой масти.

Однако фигурка меня околдовала. Даже пока она сидела, а я проглядывал линию ноги, в чем мне помогал модный тогда передний разрез юбки. А затем "клиентка" по команде Коссовского: "Ладно, гражданка Розенштейн, вас мне хватило на сегодня", поднялась со стула и я смог оценить ее целиком. Какая-то порода чувствовалась и в очертании животика, и в соотношении талии с попкой, и в хрупкости коленок. В-общем, меня обуяло, промелькнули соответствующего рода фантазии, однако я непорядок быстро развеял и разметал мощным внушением.

"Клиентки" - это не женские особи, это материал, это работа. Скульптор не хочет же трахнуть изваянную им девушку с веслом. Тем более за моральной стойкостью сотрудников в Пятерке следят строго.